Лыко в строку

Евгений Сельц

Товарищ Пей

Дождь пошаманил и свинтил.
Исчез за клочьями тумана.
Ночной зефир струит этил
из недопитого стакана.

В кругу актеров и актрис
на отдалении от трона
танцует толстая матрона
какой-то глупый экзерсис.

Дрожит струна, стучит каблук,
и свечка, как алкоголичка,
так туго свет вплетает в звук,
что получается косичка.

Интерференция. И страх,
как крик совы из редколесья, 
не весь во мне, увы и ах,
и в нем, увы и ах, не весь я.

Товарищ Верь сидит в углу,
пьет портвешок, сосет конфету,
сквозняк гуляет по столу,
как пролетарий по буфету.

Неумолимый прокурор, 
который бьет и не прощает,
Товарищ Бди глядит в упор
и кривду взглядом вопрошает.

Шипит шампанское «La vie»,
стекая не в фужер, а в кружку.
Мы пьем с Товарищем Люби
за friendship, brüderschaft и дружбу.

И тяжело вздымая грудь,
в метафизическом дурмане
ославленный Товарищ Будь
лежит на стареньком диване.

Здесь, под свечою, все они,
седые, бледные, больные.
Товарищ Сей, Товарищ Жни,
Тамбовский волк и остальные.

В пассиве флейта и фагот.
Зато гитарочка в активе.
Так я встречаю Новый год –
среди химер, но в коллективе.