30 лет спустя

Плавучая баржа, на барже – старый автобус времен Третьей мировой войны. В автобусе слышен шорох, старческие голоса, кряхтение, а затем писк.

Авербух. Кто это пищит? Я не вижу.

Галесник (со свистом). Зильбер, хватит. Это уже не смешно.

Лившиц (постукивая деревянной ногой, подходит к столу и открывает огромную пыльную книгу, на которой фиолетовыми чернилами написано «Смехи»). Давайте уже, ребята. Ну, Марик, и ты, Зильбер! Номер – в дровах. (Возвращается с книгой на свое место.) А где номер?

Авербух (хихикает). В дровах.

Лившиц укоризненно качает головой, идет к дровам и вынимает оттуда гранки.

Галесник. А где Юля? (Все молчат.) Юля! Где ты?

Авербух (Лившицу, тихо). Скажи ты. Я в прошлый раз говорил.

Лившиц. Марик, ты ее уволил тридцать лет назад!

Галесник. Это когда война с Ираном?

Зильбер. Еще до войны, сразу после того, как отдали Голаны. Боже, а где мои весла? Не видел, Толик?

Лившиц. Ты их держишь в руках. Ну, вперед! Так-с. (Раскрывает книгу смехов на стр. 567, гл. «Дурки».) Что у нас сегодня? Вторник?

Галесник. Среда. (кашляет) А вторник – завтра.

Лившиц. Хорошо, значит, среда. У нас в среду по плану Дурка №157/45-алеф. (Авербуху) Саша, прикинь к ней какой-нибудь текст.

Галесник (оживленно). А давайте отойдем от плана и возьмем дурку №144 или даже нет, 127/13-юд.

Зильбер. Я до сих пор путаюсь в нумерации. Говорил я тебе, Марик, надо нумеровать смехи по темам. По темам, а не по алфавиту! Говорил? Меня ведь никогда не слушают! (Плачет.)

Лившиц. Начинается. (Вынимает красные таблетки.) Дай ему, Галесник.

Галесник (держась за стены, приближается к плачущему Зильберу). Все хорошо, не волнуйся, Димочка. Сейчас мы выпьем…

Дверь открывается. Входит Смерть. Зильбер перестает плакать, Лившиц делает шаг вперед, заслоняя всех деревянной ногой.

Смерть (осторожно садится). Кто Галесник? У меня тут шуточка…

Все смеются.

Галесник. Это нам не подходит.

• 1200
• <<< НАЗАД